СМИ о нас

ТАРАС ЗАГОРОДНИЙ: «У РОССИИ УГОЛОВНАЯ МЕНТАЛЬНОСТЬ, КОТОРАЯ ПРАКТИЧЕСКИ ПОЛНОСТЬЮ ОХВАТИЛА РУКОВОДСТВО И ВСЮ ТАК НАЗЫВАЕМУЮ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЮ»

Политический эксперт, управляющий партнер Национальной антикризисной группы Тарас Загородний в программе «Настоящее время», ВСРУ, 08.08.16

1  — 8 августа 2008 года в Пекине началась летняя Олимпиада. В эти же дни российские военные вошли в Грузию после попытки Тбилиси восстановить контроль над самопровозглашенными республиками Южной Осетии и Абхазии. В результате 5-дневной войны Россия признала независимость этих регионов и ввела дополнительные войска на расположенные там свои военные базы. Для вас были неожиданными эти события?

— Ничего неожиданного не было, если вспомнить предысторию. До этого Российская Федерация прощупывала реакцию Западной Европы и мира на возможную агрессию Грузии. Были необъяснимые бомбардировки грузинской территории, Россия говорила, что бомбят Грузию неизвестные самолеты. Было постоянное военное присутствие российских войск и в Южной Осетии, и в Абхазии. По сути, эти анклавы еще со времен 90-х неподконтрольны Грузии. В данном случае, была проведена демонстративная «порка» государства, которое пыталось вырваться из постсоветского совка, проводило реформы. Тогда Грузия заявила, что хочет идти в НАТО, а Российская Федерация понимает и знает правила альянса, где главным условием является отсутствие территориальных претензий к соседям. Поэтому они создали кровоточащие пророссийские анклавы для того, чтобы Грузия не могла двигаться в НАТО. Вялая, продажная и пассивная реакция европейской политики содействовала аннексии и привела Россию к мысли, что она и дальше может проводить такую же подлую лицемерную политику в отношении Украины и других стран.

— Тогда роль главного миротворца выполнял президент Франции Николя Саркози — большой друг Путина и Медведева. Их одобрямс был и по поводу Крыма. Удивляться нечему…

— Полностью согласен. Украинский классик Винниченко, бывший руководитель УНР, сказал, что «Русская демократия заканчивается на украинском вопросе». Тут — то же самое. Постимперский синдром и отсутствие либеральной интеллигенции. В России есть шовинизм, наглая уверенность в том, что они могут творить любые преступления и ничего за это им не будет. Многие не верили в возможность конфликта и в аннексию. Настолько близкие народы, родственные связи. Но они уже тогда были готовы. Вспомним циничные акции, когда грузинских детей искали в московских школах, высылали из России грузин и искали их по грузинским фамилиям. Это было нагло и подло воспользоваться Олимпиадой, которая может отвлечь внимание. Но, к сожалению, тогда проглотили. У России уголовная ментальность, которая практически полностью охватила руководство и всю так называемую интеллигенцию.

— Страну-агрессора нужно было еще 8 лет назад лишать права вето, потому что Россия блокирует реформу всей системы мировой безопасности. Защищать Украину, Сирию и другие страны нужно было 8 лет назад в Грузии. Как вы считаете?

— Конечно. Обычно так происходит, когда уходит поколение, которое помнит Вторую Мировую войну и политики, которые принимали в ней участие. Все расслабились. Российские коррупционные деньги сильно проникли в Европу. В первую очередь в Германию и Францию. Европейским политиком было приятно купаться в коррупционных деньгах. Не будем забывать о Шредере, который подписал гарантии по так называемому Северному потоку, а потом пошел устраиваться в Газпром после того как покинул свой пост. Это коррупция, а в Германии это называется «когда нужно».

Европейские политики становятся заложниками своей же политики, своего лицемерия и нежелания принимать решения. Сейчас легче было вводить санкции, потому что мир переходит на другой технологический уклад. Всем понятно, что нефть и газ, которые являются основными компонентами наполнения российского бюджета и драйвером военных программ — уходит на задний план. Западным странам легче давить на рынки. Если сейчас ввести эмбарго на экспорт российской нефти — рынок этого не заметит. Есть куча нефти в США, Арабских странах, Иране.

— На недавней пресс-конференции Саакашвили, который в то время был президентом Грузии, сказал, что если бы не помощь Украины, Грузия не выстояла бы. Он также рассказал, что готовили своих военных в Украине и мы дали им ПВО, систему Бук и благодаря этому они сбили 12 российских бомбардировщиков ТУ-22М3, которые раньше никто не сбивал. Это правда?

— Это стратегический бомбардировщик. Там их было два. Толи журналисты не поняли, толи Михаил Николозович по своей традиции приврал. То, что сбили — правда. Это сверхзвуковые бомбардировщики, способные нести ядерное оружие. Они использовались в качестве разведчиков. Путин открыто сказал Саркози, что хочет повесить Саакашвили. Только позиция США смогла остановить эту войну.

— Некоторые известные грузинские политики, которые до недавнего времени вызывали уважение, решением службы безопасности объявлены персонами нон-грата. Это спикер грузинского парламента Нино Бурджанадзе.

— Она аннексию Крыма признавала, имеет пророссийскую позицию и в самой Грузии. Бурджанадзе понимает, что не имеет никаких шансов и перспектив в грузинской системе координат. Поэтому, как и многие маргинальные политики, она просто идет в кубышке за Газпромом. Ничего удивительного нет. Она играет роль полезного идиота.

— Президент Турции Эрдоган, который избежал государственного переворота, едет в гости к Путину. Совсем недавно многие аналитики были уверены, он уже никогда не приедет.

— Я не вижу в этом особой трагедии. Турция — самодостаточная страна. Идет игра на несколько фронтов. Эрдоган, благодаря своей политике, ввязан во многие конфликты с Западом и ищет ситуативного союзника. Турецкий и путинский режимы очень похожи. Если у Путина есть «Русский мир», то у Эрдогана — «Тюркский мир», который тоже распространяется далеко за пределы страны — Азербайджан, Средняя Азия и вплоть до Китая. Рано или поздно эти две империи столкнутся — они не смогут выживать. Возможно, будет условное подписание акта типа «Молотова-Риббентропа». Как только Эрдоган почувствует, что дожал запад своей позицией в отношении Кремля, сразу кинет Россию. Сейчас Турция больше нужна России, а не наоборот. У турков мощная экономика, мощная армия. Со времен Ататюрка — это прозападная страна. Я не верю в долговечность этих пактов.

— Некоторые ваши коллеги говорят, что два года назад празднование очередной годовщины Независимости после Майдана наложилось на Иловайские события. Ваше мнение.

— Я не настолько пессимистичен. Наша дипломатия более активна, чем до Майдана. Раньше в Украине вообще никакой дипломатии не было. Считаю, что Порошенко, при всех его недостатках, достаточно грамотный дипломат. Все ждут выборов в США, которые пройдут в октябре. Все ждут, чем все это закончится, поэтому сейчас такая заморозка. Америка хочет, чтобы у нас не было резких движений, чтобы не испортить приход к власти Клинтон. Как только пройдут выборы — мы все увидим по-другому.

У Украины есть шансы дожимать санкции. Нам удалось за эти полгода не влипнуть ни в одну историю. Мы не дали возможности Российской Федерации, западным странам и союзникам в Европе обвинить Украину в срыве Минских договоренностей. Это достижение нашей страны. Из Европы раздаются крики – давайте снимать санкции, но следует понимать, что главный по раздаче подзатыльников — Вашингтон. Односторонний выход из режима санкций повлечет за собой автоматическое попадание под санкции уже со стороны Америки, которая контролирует мировые финансовые потоки. Без Вашингтона никаких движений не будет. Никто не вернет России высокие цены на нефть и газ. Они будут падать. Мы видим, что технологии сланцевой добычи уже выдерживают цены до 20-25 долларов за баррель. Год назад это было еще 40 долларов.

Главное вопрос к Украине — это реформирование, наращивание боевой мощи. Запад ведет свою прагматичную игру. Российские чиновники признают, что у них уже нет резервного фонда. Это значит, что они уже не являются большими потребителями западной продукции.